Язык русскоязычных эмигрантов в Германии

Массовая эмиграция из стран бывшего Советского Союза в Германию в 1990-е гг. привела к распространению среди некоторых эмигрантов этой волны особого подъязыка. В силу своих морфосинтаксических и семантико-прагматических признаков является иллюстрацией ряда лингвистических понятий, таких как языковое упрощение, языковая интерференция или субстративность.

Аналогичный феномен в среде русскоязычных эмигрантов в США, Канаде и Израиле.

Орфография, морфология, синтаксис

В отличие от простого смешения языков в процессе разговора, характерного для предыдущих волн эмиграции, когда использование того или иного языка четко разграничивалось уже на синтаксическом уровне (например, первая часть сложносочинённого предложения говорилась на стандартном русском, а вторая в на стандартном немецком языке), для новой формы эмигрантского языка характерна интерференция уже на фонетическом уровне, например произношение «Ляйпцих» вместо «Лейпциг».

Словообразование происходит, как правило, по правилам русского языка с использованием корня, заимствованного из немецкого языка. Этому процессу подвержены не только существительные, но и глаголы, что является особенностью речи последней волны эмиграции. Кроме того, нередко полностью калькируются устойчивые словосочетания (коллокации). Также встречаются прилагательные и служебные слова, часто не имеющие аналога в русском языке, например doch, oder so, ach so. Склонение и спряжение новообразований происходит, как правило, в соответствии с правилами русской грамматики.

Например:

Замельдоваться, анмельдоваться (нем. sich anmelden) в зарегистрироваться (документально).

Абмельдоваться (нем. sich abmelden) в сняться с учёта.

Митовать (нем. mieten (die Wohnung)) в снимать, арендовать квартиру.

Платить миту (нем. Miete zahlen) в вносить плату за квартиру, оплачивать аренду

Поставить антраг (нем. Antrag stellen) в подать заявление.

Шварцевать (нем. schwarz arbeiten) в работать «по-чёрному» (неофициально, не платя налоги).

Штудировать (нем. studieren) в учиться в университете.

В связи с неофициальностью не очень широкой распространённостью в письменной речи какие-либо правила написания отсутствуют. Могут встречаться различные написания со смешанным использованием кириллицы и латиницы, а также свободной постановкой апострофа на границе заимствованной немецкой и последующей русской части слова.

Например:

Я замельдовался и поставил антраги.

Я зameldoвался и поставил Antragи.

Я замельдовался и поставил Antragв™и.

и т. п. комбинации.

Лексика, семантика и прагматика

В то время как представители предыдущих волн эмиграции используют заимствования главным образом в случаях, когда затрудняются подобрать соответствующие русские слова или выражения, другие русскоязычные жители Германии применяют принцип языкового упрощения. То есть в они могут быть способны сформулировать свою мысль на стандартном русском языке, однако или ленятся подбирать слова, или стремятся обозначить перед слушающими знание соответствующих немецких слов-реалий, например «монатскарта» (нем. Monatskarte) вместо «месячный проездной билет».

Однако основной функцией и причиной распространения такого языка является номинация предметов и процессов, отсутствующих (или отсутствовавших на момент эмиграции) в русской языковой среде, либо имеющих иную специфическую прагматику. Например, понятие «социал» (от нем. «Sozialhilfe» в финансовая помощь от государства, выплачиваемая не имеющим работы и права на пособие по безработице) не имеет аналога на территории стран СНГ. Примерами понятий, отсутствовавших на момент эмиграции, являются наименования компонентов ПК, поскольку большинство эмигрантов 90-х гг. до эмиграции с компьютером не работали: «тастатура» (нем. Tastatur в клавиатура), «фестплата» (нем. Festplatte в жесткий диск) и т. д. Кроме того, заимствованию немецких слов способствует более широкое или более узкое значение их русского эквивалента. Так, например, немецкому «Keller» соответствует в русском языке несколько слов: «подвал», «полуподвал», «цокольный этаж» и «погреб». В языке эмигрантов эти понятия не различаются, объединяясь в «келлер».

Существует также группа заимствований слов, воспринятых исключительно на слух и при попытке воспроизведения исковерканных почти до неузнаваемости. «Мягким» примером может служить слово «арбайзам» (Arbeitsamt), которое ещё может распознать владеющий немецким языком, а «жёстким» в слово «фердзихер», коим обозначен страховой агент (Versicherungsvertreter).

Примерами процесса могут служить выражения типа «взять лекарство» вместо «принять лекарство» (нем. einnehmen) в дословно переведённая (калькированная) немецкая языковая конструкция, «сделать терми́н» (частичная калька), «взять терми́н», которое включает в себя прагматику русских выражений «договориться о (деловой) встрече», «записаться на приём» и «согласовать день и время», а на лексическом уровне представляет собой интерференцию русско-советского выражения «взять талончик (на приём)» с немецким «einen Termin (aus)machen». Другими аналогичными примерами являются выражение «абшле́пать машину» (нем. «einen Wagen abschleppen» в «эвакуировать (неисправный или неправильно припаркованный) автомобиль» или глагол «хабилитироваться» (нем. «habilitieren» в хабилитировать)).

Другая функция языка иммигрантов в стилистическая: иногда встречается переиначивание, игра слов с целью создания коннотаций, понятных только носителю русского языка, например слово «арбайтслёзы» (от нем. «arbeitslos» в безработный, правильное произношение ['ар-байтс-лос]), обозначающее пособие по безработице, указывает на небольшой размер этого пособия в такой, что «хоть плачь».

Борьба за чистоту

На территории Германии выходит ряд русскоязычных печатных изданий (прим. «bremeRus»), в которых, как правило, такой смешанный язык не используют.

Примеры

• Генеральное консульство Российской Федерации в Бонне в течение долгого времени (до весны 2009 г.) предоставляло на своём официальном сайте бланк «заявки на термин» (то есть на предварительную запись).

• Ярким образчиком использования языковых заимствований и смешений являются тексты эмигрантских песен. Например «Шпильхалле»:

Я сижу в шпильхалле (Spielhalle в зал игровых автоматов)

Гельдшайны тут я векселяю (Geldscheine в банкноты, wechseln в обменивать)

И мюнцы тут я засыпаю (Münzen в монеты и жетоны)

Во блестящий Шпилёмат (Spielomat в немецкий игровой автомат)

• В другом примере встречаются слова общебытовой лексики из обиходной речи (из песни «В келлере термин»):

Откуда вы так шпрехаете (Sprechen в разговаривать)

А не томи мою ты зелю (Seele в душа)

Не сверли в ней лох (Loch в дыра)

А не души мою ты квелю (Quelle в источник, родник)

Ох как я шпюраю подвох (spüren в ощущать, чувствовать)

Дайте мне Шпайзикарт (Speisekarte в меню)

Общие черты «эмигрантских языков»

Давно ещё было замечено, что язык эмигрантов часто активно черпает заимствования из языка страны проживания, «переваривая» их и адаптируя к родному языку. Так было в первую волну эмиграции во Францию. Затем в США и Германия. На эту тему, тему смеси «французского с нижегородским» подробно писали, например, Аверченко, Маяковский, Мятлев, Татьяна Толстая.

См. также

• Русский язык
• Немецкий язык
• Немецкие переселенцы
• Переселенцы из стран бывшего СССР в Германии
• Рунглийский язык
• Суржик

Ссылки

• М.А. Ефремова, Т.В. Гречушникова Феномен «немецкого русского говора»: к проблеме языковой интеграции в современной Германии // под ред. Е.Ю. Прокофьевой Вестник гуманитарного института ТГУ. Спецвыпуск. Материалы международной научной конференции «Диалог между Россией и Германией: филологические и социокультурные аспекты», 1415 мая 2010 года,. в Тольятти в С. 119-121.
• Неофициальный «Толковый Словарь Немецкого Русского Говора»
• Креативная Qweля в пример радикального смешения русского и немецкого языков. Создатели страницы, называют это явлением словом Qweля (квеля).