Купала
Купа́ла, Купа́ло в предполагаемый мифологический персонаж у восточных славян, персонификация праздника летнего солнцестояния в Ивана Купалы. Имя Купала произошло от названия праздника.
Купало причисляли к знатнейшим богам. Он почитался третьим после Перуна и вторым после Велеса, ибо, после плодов скотоводства, земные плоды всего более служат человеку и составляют его богатство. Рукотворное изображение Купалы стояло в Киеве. Это веселый и прекрасный бог, одетый в легкую одежду и держащий в руках цветы и полевые плоды, на голове имеющий венок из ярких, желтых цветов купальниц, в бог лета, полевых плодов и летних цветов[1].
Дата празднования Купалы подвижна и связана с сочетанием двух астрономических событий летним солнцестоянием (22 июня) и ближайшим к нему полнолунием. За основу берется дата солнцестояния это главное событие. Если ближайшее полнолуние сильно отстоит от 22 июня, то Купала празднуется точно по солнечной дате, а если полнолуние близко к солнцестоянию (не далее 2 3 дней назад и 7 10 дней вперед), то празднуется в ночь сочетания этих событий. Если Купала празднуется в период сочетания солнцестояния и полнолуния, то это уже не просто Купала, но Великая Купала. Подвижность точной даты и учет ближайшего полнолуния определяют своеобразный характер всего праздника помимо конкретной даты Купальской Ночи имеет место и так называемая "Купальская неделя" (или "Русальская неделя"). Таким образом, правильная дата славянской Купалы вычисляется не по дате христианского праздника, который получил у христиан весьма забавное название "Иван Купала". В авраамической традиции дата "Ивана Купалы", во-первых, перестала быть подвижной, а во-вторых, опаздывает теперь по отношению к дате летнего солнцестояния аж на 13 дней (смещение произошло из-за неточности Юлианского календаря).
В. Я. Пропп полагал, что «Купало, по-видимому, означает вкрестительв, так как при крещении в древнее время погружали в реку» [2].
Купала как божество обязано своим появлением книжной традиции. У собственно древних славян такого божества не существовало. Первое упоминание этого «божества» относится к XVII веку.
По «Густинской летописи»: «Пятый (идол) Купало, якоже мню, бяше богъ обилія, якоже у Еллинъ Цересъ, ему же безумныи за обиліе благодареніе принишаху въ то время, егда имяше настати жатва». В поучении «О идолах Владимировых» в «бог плодов земных».
«Сему Купалу, бесу, ещё и доныне по некоторым странам безумные память совершают, начиная июня 23 дня, под вечер Рождества Иоанна Предтечи, даже до жатвы и далеев», в сообщает Густинская летопись. в «Съ вечера собираются простая чадъ, обоего полу, и соплетаютъ себе венцы изъ ядомого зелія, или коренія, и перепоясовшеся быліемъ возгнетаютъ огнь, инде же поставляютъ зеленую ветвъ, и емшеся за руце около обращаются окрестъ оного огня, поюще своя песни, пречлетающе Купаломъ; потомъ презъ оный огнъ прескакуютъ, оному бесу жертву сеье приносяще.»
В послании игумена псковского Елеазарова монастыря Панфила московскому наместнику в Пскове князю Дмитрию Владимировичу Ростовскому (согласно псковским летописям, 1505 г.) говорится о том, что в канун рождества Иоанна Предтечи «чаровницы» в мужчины и женщины по лугам, болотам, лесам, полям ищут якобы какие-то смертные травы «на пагубу человеком и скотом», «тут же и дивиа корение копают на потворение мужем своим: и сиа вся творят действом дьяволим в день Предтечев с приговоры сотанинскими». А в самый праздник Иоанна Предтечи, совпадающий с летним солнцеворотом:
«во святую ту нощь мало не весь град возмятется, и в селех возбесятца в бубны, и в сопели, и гудением струнным, и всякими неподобными игры сотонинскими, плесканием и плесанием, женам же и девам и главам киванием, и устнами их неприязнен клич, вся скверные бесовские песни, и хрептом их вихляниа, и ногам их скакание и таптаниа; ту же есть мужем и отроком великое падение, ту же есть на женское и девичье шатание блудное им воззрение, такоже есть и женам мужатым осквернение и девам растлениа. Что же бысть во градех и селех в годину ту в сотона красуется кумирское празднование, радость и веселие сотонинское, в нём же есть ликованиев яко в поругание и в бесчестие Рожеству Предтечеву и в посмех и в коризну дни его, не вещущим истины, яко сущии идолослужителие бесовскии праздник сеи празноють»в
«Сице бо на всяко лето кумиром служебным обычаем сотона призывает и тому, яко жертва приноситца всяка скверна и беззаконие, богомерское приношение; яко день рожества Предотечи великого празнуют, но своим древним обычаем.»
Христианство приспособилось к аграрному славянскому празднику, связав его с именем Иоанна Крестителя (отсюда Иванов день).
Восточные славяне верили, что в самую короткую ночь в году расцветает папоротник, и если человек сумеет сорвать цветущий папоротник, то найдет клад. Как отмечает В. Я. Пропп, связанно это было с поверьем, что всё в Иванову ночь расцветает (понятие о достижении земли «полных сил»), но лишь одно растение не цвело в папоротник. Связано это с тем, что они не цветут: «Новрастение не может не цвести, так как крестьянин знает, что через цвет идёт размножение. Следовательно, и папоротник цветёт, и цветёт именно тогда, когда цветёт всё в в Иванову ночь», важно лишь застать данный момент[3][4].
В этот день древние славяне избавлялись и от всякой скверны: жгли сорочки больных, чтобы уничтожить болезнь, умывались росой, чтобы хворь не приставала, разжигали костры и прыгали через них, дабы священный огонь очистил человека от всякой порчи.
[править] Примечания
[править] См. также
[править] Ссылки
- Купала // Мифологический словарь
- Пропп В. Я. Русские аграрные праздники
 |
Для улучшения этой статьи желательно?:
|
